NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

КАК ВСЕ НЕРВНЫ
А.П. Чехов «Чайка». Постановка Льва Додина, сценография Алексея Порай-Кошица. Театр Европы (Санкт-Петербург)
       


       
В реквизите не хватает лестниц. Шатких, влажных от сырости, с ветхими перилами «петушковой» резьбы и с опасной подгнившей ступенькой над оврагом. Годами ступеньку не чинили, пока не подломилась под ногой декадента-меланхолика, издав звук лопнувшей эфирной склянки.
       Ступени символизировали б здесь не византийскую «лествицу» духовного возрастания. А суетливую, кишащую субъектами естественного отбора, лестницу Ламарка, зоологическую табель о рангах.
       В спектакле Льва Додина проступила конструкция пьесы как путаницы ступенчатых цепочек ущемленных самолюбий и несбывшихся надежд почти всех персонажей.
       Вот г-да сочинители: благородный дядюшка Сорин (Аркадий Коваль), который «когда-то... страстно хотел двух вещей: хотел жениться и хотел стать литератором, но как-то не удалось ни то, ни другое. Да».
       Ступенью выше — новатор Треплев (Олег Дмитриев). Для него недосягаем учтивый профессионал Тригорин (Сергей Курышев). Но и над Тригориным парит, терзая недосягаемостью, тень Тургенева.
       Вот дамы: уездно-развязная, нарочито небрежная, с вымученной бравадой эманципе и «плакончиком» хлебного в кармане Маша (Мария Никифорова).
       Ступенью выше — Нина (Елена Калинина). Но и ей в замысле «Чайки» МДТ усадебная юность придала не поэтичность и обреченность, а уездную экзальтацию, дидактическую наивность поклонницы всех талантов, диковатую восторженность, мучительные изъяны в умении держаться и сдерживаться, понимать подтексты и парировать уколы в беседе...
       На Нину оценивающе (о, как однозначно оценивающе!) смотрит страшноватая Аркадина Татьяны Шестаковой. В этой «Чайке» Аркадина похожа на «львиц» образца советских 1970-х: в каждой журнальной редакции была такая богиня Гера с ласково-беспощадным взглядом. Лучшая советчица начинающих авторов — скептичная, как цикута.
       Под лавандовым шелком ее блузы — черный трикотаж и серебро. Под ее апломбом — тайный страх самозванства и разоблачения. Тем более что в спектакле есть и другая лестница Ламарка. Жестокая. Возрастная.
       В постановке Льва Додина не Ирине Николаевне, а сыну ее верных сорок три года. Этот Треплев, угрюмо сторонящийся пошлости «великих талантов», явно протосковал в дядюшкиной усадьбе не пять, а двадцать пять лет. Он у Додина ощутимо старше подтянутого яппи-Тригорина: оттого и ущемленность треплевская куда мучительнее, неблагообразнее, жесточе...
       Треплев, стареющий дилетант с принципами, человек проспавшего себя (или задавленного во сне) поколения — самый нынешний типаж...
       Еще одну цепочку сломленных, нелюбимых, не умеющих удержать слишком стремительную для них, слишком перелетную для их заболоченного озера птицу составляют в спектакле учитель Медведенко (Игорь Николаев), угрюмо преданный Маше, Маша, угрюмо преданная Треплеву... сам Треплев... Нина...
       Они различны во всем! Для Медведенко нищета — это жизнь вшестером на двадцать три рубля в месяц, заикающийся подсчет чая-сахара... Для доктора Дорна нищета — это «последние две тысячи», прожитые в Генуе.
       Но ощущение «у меня ничего нет» у них очень схожее. Как все нервны...
       А вот и управляющий Шамраев (Сергей Бехтерев). Он театрал. Его светские беседы со столичной примой об уездных комиках эпохи Несчастливцева, о которых Аркадина не слыхивала, ее ленивые и язвительные ответы, поучительный рассказ управляющего (явно задуманный как обращенный к «богеме» суровый глас народа) о том, как знаменитого итальянского баса на октаву перешиб «простой синодальный певчий» (в диалоге актеров МДТ видно, какой жестокий комплекс терзает Шамраева!), — эта периферийная линия пьесы вдруг кажется лейтмотивом.
       «Если б мы воистину держались своих корней, Чехов бы так никогда и не выехал из Таганрога», — элегически заметил в «Записях и выписках» М.Л. Гаспаров. Чехов, однако же, выехал. И выдавил. И знал цену этому жестокому внутреннему труду. «Чайка» МДТ кажется спектаклем о людях, не умеющих меняться, не самоценных и оттого не свободных. Видящих себя не в себе, а в неполноценности сравнения с кем-то.
       В почву вокруг озера с голавлями, туманами и усадебными фейерверками они вросли не корнями, а кандалами. К «выдавливанию из себя по капле» тяжкого ущерба (который здесь у каждого свой, но всех терзает одинаково) неспособны. И к самоуважению тоже. Увы...
       На сцене плещет тяжелая, зеленоватая, стоячая вода настоящего озера.
       Ни одна чайка здешней породы недолетит и до середины... Так задумано.
       Горят фары щеголеватых, очень фактурных велосипедов начала ХХ века.
       Если зрителю вдруг захочется в этом илистом озере, точно в зеркале, увидеть себя, станет холодно, холодно, холодно. Страшно, страшно, страшно.
       Кто-то должен поставить точку пули в абсолютно безвыходном конце.
       Ну Константин Гаврилович и застреливается...
       
       Елена ДЬЯКОВА
       
11.04.2002
       

Отзыв





Производство и доставка питьевой воды

№ 26
11 апреля 2002 г.

Обстоятельства
Полпреду Казанцеву пора в отставку
Юбилей Ф. И. Тютчева как грандиозное идеологическое событие
Подробности
«Ветра нет, а штаны трясуться»
Закрывают «боевой» отдел Мосгорпрокуратуры? Зачем?
Наши даты
Григорий Явлинский: Программа «50 лет» выполнена успешно
Реакция
Доктора филологии привлекли за нехорошие слова
Анонс
Эфирное бремя
Премьера
Отдельный разговор
Китайцы в России: угроза или спасение?
Болевая точка
На детей Чечни конституция России не распространяется
Власть и люди
Спикер Сергей Миронов вошел в политику нахрапом
Вовремя предать — значит, предвидеть
Спикер Мособлдумы и его брат идут к власти рука об руку
Власть и деньги
Красный свет для пенсионной реформы
Пропал миллиард зеленых. МПС ищет собственные деньги
Точка зрения
Писатель-полковник Данил Корецкий: «И спалить пару деревень»
Новости компаний
РАО «ЕЭС»: Антикризисный менеджмент завершен
Cамарская область определит лидеров среди промышленных предприятий региона
Инострания
«Западенцы» пока круче
Рука Москвы вредить устала
Тревожное эхо Евразийского саммита
Регионы
Маньяк-ассенизатор вторгается в политику
В Азове сбываются дохлые куры
«Славянские корни» загнуться на орловской земле
Санкт-Петербург
Контроль под контролем
Звериные истории
Не до шуток
Дни без венского вальса
Королева денежного фонда
Образование
Образование на дистанции. Мечта студента теперь осуществима
Ваш сын — гений. Услышав эти слова, папы лезут за кошельками
Технологии
Киборги пришли
Интернет
Интернет в кармане
Спорт
Подтянем защиту, и передок заиграет
Сюжеты
Зачем приходил?
Свидание
Последняя любовь Венедикта Ерофеева
Кинобудка
Семейные балы монстров
Музыкальная жизнь
«Аленка» в шоколаде
«Пикник» — на обочине
Черная безрукавка, белый фрак, или Брегович без Кустурицы
Особенности музыкальной филателии
Театральный бинокль
Уха «Царя Демьяна»
Как все нервны
Культурный слой
Пушкин — Гоголь: Третья встреча на Невском
Рекомендательные письма
К сведению…
Управленцам — от Петра Великого
Новости Домжура

АРХИВ ЗА 2002 ГОД
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
23-24 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2002 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100