ЭПИДЕМИЯ РАБСТВА
Центр похищения людей
переместился из Чечни в Ингушетию
В № 41 от 10
июня этого года в материале «Государство — это
мы. Другого не дано» «Новая газета» писала о том,
что к нам в редакцию обратились родственники
Артура Арапиева, находящегося под следствием за
участие в январе нынешнего года в разбойном
нападении на писателя Михаила Жванецкого и угоне
его автомобиля. Они выразили готовность оказать
помощь в освобождении заложников, если мы
посодействуем в облегчении участи
подследственного.
Мы работали
по освобождению из неволи конкретных людей,
похищенных в ноябре прошлого года в Моздокском
районе Северной Осетии, на территории,
граничащей с Ингушетией.
Концерн «Нефтегаз»
(Северная Осетия) после похищения Гамлета
Мустафаева (65 лет), Аркадия Горевого (70 лет),
Николая Нагорского (45 лет), Николая Сакирко (60
лет), Бориса Калагова (47 лет), Батраса Туаева (44
года) не предпринял никаких реальных действий по
освобождению своих работников.
Как отмечают руководители
Северо-Осетинского управления по борьбе с
организованной преступностью, бандиты
действовали беспрецедентно жестоко, не
предъявив никаких требований, начали убивать
заложников.
Троих нефтяников уже нет в
живых. Труп Николая Сакирко несколько месяцев
назад был подброшен на границу Ингушетии и
Осетии. Судмедэкспертиза показала, что смерть
наступила в результате физического истощения
организма.
Исходя из многочисленных
факторов, сотрудники правоохранительных органов
Северной Осетии и Ингушетии сделали вывод, что
заложников держали и держат не в Чечне, а в
Ингушетии.
После переговоров с
посредниками, длившихся 3—4 недели, нам
предложили вылететь в Ингушетию за невольниками.
Вместе со мной 30 июня в Ингушетию отправились
журналисты телеканала ТВС Иван Родионов и Павел
Лихолетов. И посредники, связанные с
похитителями, об этом знали.
Хорошо, что мы
подстраховались и заручились поддержкой
сотрудников Главного управления по борьбе с
организованной преступностью. Потому что в
аэропорту Назрани нас встретили не только люди,
связанные с похитителями, но и сами бандиты.
Только присутствие сотрудников ГУБОПа и их
коллег из Нальчика и Владикавказа спасло нас от
участи тех, кого мы приехали спасать.
Увы, освободить
несчастных не удалось.
Молодой чеченец Усман,
отвечавший за доставку заложников, за все время
разговора ни разу не посмотрел мне в глаза.
Видимо, не ожидал, что я буду с людьми из ГУБОПа.
Усман очень неубедительно попытался объяснить,
что его люди не смогли привезти заложников из
Чечни, так как наткнулись на засаду. Мы
предложили поехать в любую точку Чечни за
похищенными и при этом обеспечить безопасность
Усмана и его людей. Усман, опять-таки отводя глаза
куда-то в сторону, пообещал, что доставит
заложников к вечеру. Но я уже этому не верил.
Главный вывод, к которому
мы пришли, анализируя ситуацию с похищением
людей на Северном Кавказе, в следующем: центр по
похищению людей переместился из Чечни в
Ингушетию. Об этом говорит не только факт
похищения сотрудников североосетинского
концерна «Нефтегаз», но и другие случаи.
Активность федеральных
войск и правоохранительных структур в Чечне
теперь не позволяет бандитам держать здесь
заложников. И с ноября 1999 года до середины 2001 года
количество похищений на Северном Кавказе
уменьшилось в десятки раз.
Но сейчас похитители
снова активизировались. Заложников предпочитают
держать уже не в Чечне, а в Ингушетии. Сюда
переехали и многие бандиты. Мы уже писали, что в
Малгабекском районе Ингушетии замечена банда
ачхой-мартановского головореза Резвана
Эльбиева, которую финансово подпитывает
бандитская группа из Ингушетии местного
головореза Зелемхана Фаргиева.
Этому способствовало и
многомесячное фактическое безвластие в
Ингушетии, длившееся после ухода президента
Аушева. Почти полгода в Ингушетии нет штатного
руководителя МВД, после того как бывший министр
внутренних дел республики ввязался в
политические игры.
Активизации криминала и
особенно «торговле человеческим товаром»
поспособствовала и непрофессиональная кадровая
политика руководства МВД России.
Из органов были уволены,
иногда без всяких объяснений, сотни сотрудников
подразделений по борьбе с оргпреступностью. До 50%
профессионалов вынуждены были уйти из
центрального аппарата ГУБОПа. Как правило,
делалось это так: какой-нибудь клерк из отдела
кадров вручал полковникам и подполковникам
уведомление о том, что они больше здесь не
работают. Ни «спасибо» за десятки лет
безупречной службы, ни каких-либо претензий и
объяснений, ни пожатия руки…
Офицеры, выведенные за
штат, месяцами приходили на службу, но им не
ставилось никаких задач. В конце концов многие
уволились. От них даже не потребовали передачи
дел пришедшим на смену людям из других
подразделений, передачи агентурных связей.
Руководство МВД и ГУБОПа
спохватилось только через год, когда президент
страны потребовал результатов работы. Их не
могло быть. Преступность подняла голову особенно
на сопредельных с Чечней территориях Северной
Осетии, Ингушетии, Дагестана, Кабардино-Балкарии.
Значительно участились террористические акты и
похищения людей.
Руководители
Министерства внутренних дел попросили
профессионалов вернуться. Но мало кто на это
откликнулся. Теперь офицеры ГУБОПа и
региональных управлений по борьбе с
организованной преступностью пытаются
восстановить хоть какие-то агентурные связи.
В телефонограммах
руководителей ГУБОПа на места теперь звучат
требования беречь кадры. А на прошедшей неделе
вопрос о состоянии ведомства борьбы с
оргпреступностью рассматривался на коллегии
Министерства внутренних дел. Спохватились…
Но самое главное: этот
бизнес — торговля людьми — был бы невозможен, не
начнись эта бессмысленная и беспощадная война.
Именно здесь — главная причина. И нам бы очень не
хотелось, чтобы кто-нибудь, прочитав этот
материал, решил, что и Ингушетия нуждается в
«конституционной зачистке».
Москва очень много
сделала в свое время, чтобы втянуть и эту
республику в войну. Не получилось. Не должно
получиться и сейчас. С бандитами нельзя бороться
с помощью танков и самолетов — этим должны
заниматься другие, профессиональные силы.
А если в чью-то дурную
голову и придет мысль понаступать на военные
грабли и в Ингушетии, то надо иметь в виду:
бандитов это не остановит. Они перенесут свое
логово в другой субъект Федерации, а
продолжающаяся война не оставит их без прибыли,
только увеличит ее.
Вячеслав ИЗМАЙЛОВ,
военный обозреватель «Новой газеты»,
Ингушетия—Северная
Осетия—Москва
P.S.
«Новая газета» по-прежнему готова совместно
работать с правоохранительными структурами ради
спасения людей.
Подтверждаем наши
гарантии и Арапиевым. Если в ближайшее время они
помогут нам в освобождении заложников, мы готовы
содействовать решению их проблем.
08.07.2002
|
