NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

Владимир АШКЕНАЗИ:
Я — МОДИФИЦИРОВАННЫЙ РУССКИЙ
Один из лучших пианистов современности наконец выступит на родине, в Москве. Через три месяца (и тридцать девять лет)
       
Владимир АШКЕНАЗИ
   
       
В течение нескольких десятилетий имя Владимира Ашкенази было в первой десятке, казалось, невосполнимых потерь русской культуры. Таких потерь, как Ростропович, Барышников, Галич, Аксенов… Я знал о нем всю свою жизнь, в первой ее половине даже не мечтая услышать его игру, довольствуясь лишь пересказами редких счастливцев. А сегодня он возвращается, пусть и с британским паспортом. Один из величайших пианистов прошлого века и, кажется, лучший из перешагнувших в век нынешний в октябре выступит с концертом у себя на родине. Живые глаза, мягкая, застенчивая улыбка, интересная речь… и довольно сильный английский акцент. Советский режим украл у одной шестой части суши талант Владимира Ашкенази, а у него самого – родной язык.
       
       — Владимир Давидович, насколько для современного музыканта, ставшего практически гражданином мира, важно иметь культурные корни?
       — Я никогда не отказывался от русских корней и по своей воле от них не отрывался.
       — Кто вы сейчас — англичанин, русский, еврей или космополит, то есть гражданин мира?
       — Конечно, я русский. Моя мама — русская, а папа — еврей. Гражданин мира – это слишком пафосно, для политических деклараций. А слово «космополит» для меня до сих пор имеет другое значение: так во времена моего детства здесь называли евреев, помните «дело врачей»? Точнее всего сказать, что я — модифицированный русский. Пока я рос в России, учился, развивался, я впитал все русское. А сегодня я пытаюсь сохранить из этого все самое ценное и впитать все самое ценное на Западе, где я живу уже почти сорок лет.
       — А что для вас – самое ценное?
       — Пожалуй, это… я не помню по-русски… по-английски — «tolerance»…
       — А так и будет – «толерантность». В классическом русском языке для этого понятия даже нет полного аналога. Ближе всего – «терпимость».
       — Ну да, вы правы… Слово «терпимость» даже звучит как-то… не очень. Так вот, толерантность и есть самое главное, что есть в западной культуре в отличие от русской.
       — Владимир Давидович, вы вспомнили «дело врачей», космополитизм… Прошло уже полвека, для вас это до сих пор так чувствительно?
       — Знаете, там вообще не имеют ни малейшего понятия о том, в каких психологических условиях здесь люди жили!
       Вот в один день, 5 марта 1953 года, умерли два человека: Иосиф Сталин и Сергей Прокофьев — скоро будет полувековая дата. К этой дате я планирую провести в Лондоне серию концертов и дискуссий. Кроме Прокофьева, мы планируем исполнять еще произведения Шостаковича и Кабалевского. Тогда же будем рассказывать о том, как трудно было жить и работать этим композиторам.
       Недавно я прочел мемуары Вано Мурадели — был потрясен его формулировкой: он написал, что горд, попав в ТАКУЮ компанию со своей оперой «Великая дружба»! Вы помните то знаменитое постановление ЦК о «сумбуре вместо музыки»? Дело в том, что Сталин в то время был крайне удивлен и обижен, почему ведущие композиторы не пишут произведений о нем. И вот Мурадели в своих мемуарах пишет, что тогда готовили арест Шостаковича.
       Вы смотрели фильм «Падение Берлина»? Его ставил Михаил Чиаурели, там в конце под торжественную музыку появляется Сталин, и к нему бегут народы, его приветствуя. Можно много разного говорить про это кино, и крайне интересен вопрос, насколько допустимо было с творческой точки зрения писать музыку к «Падению Берлина», но Шостакович не был арестован только благодаря тому, что написал эту музыку.
       — Владимир Давидович, очень странно от вас все это слышать: даже сразу после отъезда вы ни разу не выступали с политическими декларациями! Может быть, поэтому во время советской власти вокруг вашего имени всегда присутствовала «фигура умолчания»? О вас не говорили хорошо, но и не клеймили позором как изменника…
       — А я и не был «изменником», по крайней мере, в собственном понимании. Меня тогда буквально выдавили из СССР! Все началось в 58-м году после гастролей в Соединенных Штатах. Тогда полагалось, чтобы вместе с музыкантами на все гастроли ездили сопровождающие из КГБ, мы их называли «ангелы-хранители». Так вот, после этих гастролей мой «ангел-хранитель» по фамилии Волошин, не помню имени, написал про меня… репортаж. Он дословно обвинил меня в том, что «мне понравилась Америка». Тогда меня вызвали в специальную комиссию Министерства культуры, прочитали этот… репортаж и отменили мое турне по Германии. Я даже помню, как сказали: «Вы, Ашкенази, теперь будете играть для рабочих и крестьян!». Они это сделали «в наказание», вы понимаете? И очень удивились, когда я их поблагодарил и сказал, что на зарубежных гастролях очень утомляюсь и рад, что теперь смогу немного отдохнуть. На том заседании присутствовал некто Курпеков, секретарь комитета комсомола консерватории. Он был, как ни странно, порядочным человеком — вышел вместе со мной и долго меня успокаивал.
       А потом произошла уж совсем фантастическая история! Дело в том, что моя жена — исландка, она тоже училась в консерватории, мы тогда только собирались пожениться. Так вот, меня как-то нашел этот Курпеков и сказал, что был в одном кабинете и случайно слышал телефонный разговор, в котором один начальник просил другого, чтобы моей будущей жене не продлевали визу! Но бюрократия и в то время была ужасной: пока эта информация не дошла до нужного кабинета, у нас было в запасе несколько дней. В общем, она в тот же день пошла в МИД, визу ей продлили, и мы успели пожениться. Кстати, этот Курпеков был на моем концерте в 89-м году, я узнал его, представил всем и рассказал, что он для нас тогда сделал.
       — А как все-таки произошел ваш отъезд?
       — Когда мы поженились, мою жену заставили принять гражданство СССР. И когда она получала новый паспорт, ей сказали: «Поздравляем вас, вы теперь – гражданка самого свободного в мире государства!». В это же самое время меня не хотели выпускать на конкурс Чайковского! Впрочем, мне повезло, я выступил и разделил на нем первое место.
       Тогда знаменитый импресарио Сол Юрок смог добиться, чтобы меня отпустили на гастроли в США. И вдруг случается карибский кризис 62-го года, начальники боятся лишних осложнений и заняты другими проблемами. Словом, нас выпускают, а моему «ангелу-хранителю» американцы визу не дают! В общем, фантастическая была поездка: мы с женой были одни. Вот тогда и родилась мысль: «А что, если…». Но мы вернулись, неудобно было подводить людей, которые нас выпустили. А потом у меня была поездка в Великобританию, и представляете, уже моей жене не хотели давать визу! Я собирался отказаться от гастролей, но начальники испугались неустойки, и ее выпустили. Впрочем, я даже не знаю, что больше подействовало: денежный вопрос или политический — моя жена тогда заявила, что пойдет в посольство Исландии и возьмет обратно свое гражданство. В общем, мы все-таки поехали и уже там поняли, что больше нас могут не выпустить. И решили остаться. Все процедуры выезда тогда были очень унизительны, вы представляете, на каком-то комитете меня однажды спрашивали, читал ли я «...Ивана Денисовича»!
       — А вы читали?
       — Нет, но только потому, что просто не смог достать, хотя очень хотел. «Один день Ивана Денисовича» я потом нашел в Великобритании, на английском языке.
       — Говорят, вы впервые встретились с Солженицыным только в этот приезд в Россию, это правда?
       — Да, причем именно сегодня. Дело в том, что он всегда был моим кумиром, но встретиться не получалось. Недавно я познакомился с его сыном Игнатом, вы же знаете, он очень приличный пианист. Так вот, Игнат договорился с отцом о нашей встрече.
       — И о чем вы говорили с Александром Исаевичем?
       — Вы знаете… это была частная беседа, я не хотел бы ее пересказывать.
       — Извините. Тогда давайте вернемся к вашему отъезду и первым годам на Западе.
       — Я тогда не стал делать никаких заявлений и не отказался от советского гражданства. Я оставил советский паспорт и на каждую поездку из Великобритании в другую страну получал визы. А в Союзе не знали, к какой категории меня отнести: вроде бы и не предатель, но не возвращается. Гражданство я поменял только через много лет, чтобы удобнее было ездить по миру.
       — А в октябре вы впервые будете играть в Москве после 63-го года?
       — Да… Я уже приезжал сюда в 1989-м, но тогда я только дирижировал, а в этот раз буду, кроме того, и играть.
       — Своих родителей за эти годы вы видели?
       — Да. Видимо, «за мое хорошее поведение» в середине 70-х родителям разрешили выехать ко мне в гости.
       — Ваш отец Давид Ашкенази тоже много лет был одним из самых известных пианистов в СССР. У него после вашего отъезда появились сложности?
       — Как ни удивительно, никаких особых проблем не было. Ему только запретили играть на правительственных приемах, и все. Вот, правда, сестру Лену не приняли в консерваторию, хотя она играла очень прилично, но им хватило одного «перебежчика». А в «Гнесинку», оказалось, можно, ведь ничего политического я не заявлял.
       — Ваш сын знает русский?
       — Нет. Совсем нет.
       — Так что же, все эти годы вы были лишены родного языка?
       — По-русски я читал. Я понимаю, почему вы спрашиваете, у меня сейчас интонации английские, да?
       — Ну немного. А какой язык у вас сегодня «рабочий» в оркестре чешской филармонии?
       — Когда мы знакомились с оркестром, я их спросил, какой они предпочитают, и добавил шепотом: «По-русски, может быть, не стоит?». Они посмеялись, и теперь рабочие у нас – английский и немецкий, по-русски мы часто говорим в перерывах.
       — Знаменитый рок-пианист и композитор Рик Уэйкман сказал мне, что именно концерт Владимира Ашкенази, слышанный в детстве, призвал его в музыку. Как вы к этому относитесь?
       — Мне очень приятно, но я его не знаю. Я вообще никого не знаю из этой музыки.
       — А где граница между «музыками»? Что — культура, а что — масс-культура?
       — Не знаю, я много думаю, и пока нет ответа. Границы, наверное, тоже нет.
       — Владимир Давидович, Михаил Барышников вообще ни разу не приезжал в Россию, а Ростропович очень активно участвует в нашей общественной жизни. Вам не поступало предложений куда-нибудь вступить и в чем-нибудь поучаствовать?
        — Нет, никаких предложений не было. Дело в том, что для Славы это состояние органично и естественно. Славу из страны впрямую выгнали, и он стал общественной фигурой уже тогда, вот все и продолжается.
       — Вы сегодня следите за тем, что происходит в мире?
       — Сейчас слежу, но очень выборочно. Интересует многое, не знаю, как объяснить… Я слежу, куда идет мир и почему. Меня интересуют причины. Это относится к нашему существованию на планете, почему мы такие, почему системы разные.
       — И почему же мы, русские, такие? Почему никак не становимся частью европейской цивилизации, почему замкнуты в самих себе, как японцы до позапрошлого века?
       — Это очень долгий и серьезный разговор. Камни, холод, пространство. При этом очень легко было добывать пищу, не так, как, скажем, викингам. Но окончательного ответа у меня и здесь нет.
       — Владимир Давидович, скажите, когда у пианиста работают руки, насколько включена его голова?
       — У меня, надеюсь, всегда. Хотя это шутка, как и ваш вопрос. Объяснить этот процесс в принципе невозможно. Если бы я знал ответ, я был бы самым гениальным артистом… или наоборот?..
       
       Беседовал Сергей МИРОВ
       
08.07.2002
       

Отзыв





Производство и доставка питьевой воды

№ 48
8 июля 2002 г.

Обстоятельства
Второе покушение на Орджоникидзе: неевропейский детектив
«Лоббист без комплексов. Возможен выезд»
Подробности
Катастрофа в Германии: кошелек дороже жизней?
«Тушите свет!»
Цирк остался, клоуны уехали…
Специальный репортаж
Режим Назарбаева расправляется с лидерами «Демократического выбора Казахстана»
Отдельный разговор
Фемида ля комедия. Военная юстиция превращает судебные разбирательства в фарс
«Дело Кадета». А свидетелей - в тюрьму?
«Дело Буданова». Невменяемая экспертиза
«Дело Холодова». Вы только прикажите…
«Дело Пасько». 178 дней за решеткой
Комментарий специалиста. Независимость судей - величина эфемерная
Болевая точка
Эпидемия рабства. Центр похищения людей переместился из Чечни в Ингушетию
Власть и люди
Футболисты тольяттинской «Лады» проиграли из-за приезда Михаила Касьянова
Хроника абсурда. Власть использует опыт Доренко и Литвиненко
Власть
Станет ли Путин и.о. английской королевы?
Власть и деньги
Как чужое делать своим на вполне законных основаниях?
Финансы
Амнистия капитала, украденного у населения. Каждый из нас недосчитался полумиллиона долларов. Простимся с ними?
Денежный водоворот в стиральной машине
Точка зрения
Шампанское, как и демократия, должно быть только настоящим
Навстречу выборам
На пост губернатора Красноярского края претендуют более 20 человек
Корона сибирской империи. Соискатели стекаются в Красноярск
Мир и мы
Советские таланты возвращаются в Россию в неожиданном качестве. Они надули шар земной
Регионы
Более 40 лет взрыв на Южном Урале уносит человеческие жизни
Спорт
Красные знамена над Берлином
Телеревизор
Деньги не пахнут. Но мылятся
Академики попали на 14 суток
Вместо реальных персонажей на экране - плохие актеры
Вольная тема
Судьба психоанализа в России. Часть 2
Сюжеты
Часы с боем за Родину. История «Командирских» часов
Иероглиф на женской груди. Тайная политика становится явной. Но не всегда
Фламинго рождается серым
К сердцу прижмет, к черту пошлет? Африканские страсти Московского зоопарка
Сраженья адмирала Нахимова на уральско-израильской границе
Свидание
Владимир Ашкенази: Я - модифицированный русский
Библиотека
Хаттаба убил лично Путин? Ответ на вопрос «Who is Putin?» пришел из республик бывшего СССР
«Президент». Фрагменты из Романа
Про рок не в своем отечестве
Комментарий известного политтехнолога
Комментарий «литературоведа в штатском»
Кинобудка
Звездное эхо московского фестиваля
Театральный бинокль
«На фоне Пушкина снимается семейство…» Годуновых
Культурный слой
Жак Брель: синхрон балета
К сведению…
Всероссийская перепись населения 2002 года. Вопросы и ответы

АРХИВ ЗА 2002 ГОД
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
23-24 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2002 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100