NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

ТРОПА КОНТРАБАНДИСТА ПРОЛОЖЕНА В БУДУЩЕЕ РОССИИ
Провоз нелегальных грузов через границу – самая престижная работа
       


       
– Наш клиент, – Олег, старший лейтенант погранслужбы, кивает в сторону небольшого «Опеля». – Опоздать боится.
       Казалось, еще мгновение, и «клиент» — красная машина типа «универсал» с тонированными черной пленкой стеклами — все сметет на своем пути к железнодорожной ветке. Пограничники не сомневаются: попадись ему под бампер их «уазик», он смял бы его с особенным удовольствием.
       – Кажется, нас засекли. – Олег с переднего сиденья бросает взгляд в сторону серого «Форда» на обочине, из окон которого настороженно следят за пограничниками две пары глаз.
       Машина погранцов вышла на исходную точку. Участок железной дороги и примыкающие к нему строения видны как на ладони.
       – Вон тот дом у железной дороги, – Олег вводит меня в курс дела. – Возле него обычно и происходит сброс контрабандного груза с поездов, идущих из Казахстана. Груз подбирают и везут в Рубцовск, в райцентр. Там хозяин груза проходит налегке таможню. Далее совсем просто. Без всяких пошлин ширпотреб попадает на вещевые рынки. В основном в Новосибирск. Всем хорошо – и торговцам, и «таксистам», и грузчикам. Да и хозяин этого дома тоже не остается внакладе. Ему приплачивают за беспокойство.
       Минут десять назад я еще чувствовал себя экскурсантом по поселку контрабандистов. Вытягивал, насколько возможно, шею и глазел по сторонам. Меня очень интересовал один вопрос: действительно ли бетонируют веселоярские обыватели свои огороды под площадки для складирования контрабандного товара, как меня уверяли еще в Новосибирске, или все-таки по старинке засаживают эти огороды картофелем? Но что творится за глухими заборами веселоярцев, с улицы не увидишь, а во двор пустят только с санкции прокурора. И то неохотно.
       Обстановка изменилась мгновенно — из-за поворота появился поезд. Водитель ударил по газам. Пограничников моментально охватил азарт. Поезд притормозил так же неожиданно, как и появился. В одном из вагонов отворили дверцу тамбура. Полетел один баул, потом другой, третий. «Уазик» пограничников рванул по набитой грунтовке к хутору для контрабандистов. Непонятно откуда появившаяся машина якобы нечаянно перегородила дорогу. Пока освобождали путь, секундная стрелка прошла полкруга циферблата. Все это напоминало игру в «казаки-разбойники». Одни искали и догоняли. Другие убегали и прятали.
       
       
На железнодорожных путях с безучастным видом тусовались около десятка парней призывного и дембельского возраста. Пограничников демонстративно старались не замечать. В степи, метров за двести от железнодорожной колеи, среди зелени белел один из баулов. Дочерна загорелый парень обреченно вздохнул и в сопровождении пограничника отправился сдавать контрабанду.
       – Эти пацаны с грузом бегать умеют, — говорит пограничник. – Пару месяцев назад один четырнадцатилетний пацан взвалил баул на себя, как рюкзак, и пулей понесся от нас. Стали догонять — бросил. Наши бойцы еле вдвоем дотащили до машины.
       Будто в подтверждение этих слов самый юный из контрабандистов, живая копия Мальчиша-Плохиша, прикинул на руках вес конфискованного баула. Деловито ощупал товар – китайские кроссовки под «Адидас».
       – Жалко, упаковка не порвалась, мы бы быстро по кустам растащили. – «Плохиш» явно сожалел, что не может пройтись по баулу лезвием и сунуть себе за пазуху пару-другую кроссовок для личного пользования.
       А в остальном он чувствовал себя в своей тарелке. Железнодорожные пути были для него и средой обитания, и школой жизни, которую он, без всякого сомнения, посещал регулярно. Разумеется, в ущерб общеобразовательным дисциплинам.
       В Веселоярске авторитет среди сверстников завоевывается не «пятерками» у школьной доски, и даже не кулаками, а перенесенными баулами и заработанными на этом деньгами. Да и кумиры веселоярских пацанов не рубят кулаками кирпичи, а мотаются в своих затонированных «комби» по пыльным улицам деревни и обводят пограничников вокруг пальца.
       – Чем в свободное время занимаетесь? – спрашиваю я.
       – Работы нет. Народ своим хозяйством занимается, – отвечает хозяин слишком шикарной для безработного машины.
       – А отдыхаете как?
       – Рыбу на канале ловим. Бор у нас хороший. Хочешь — землянику собирай, хочешь – грибы. Или вот такие грибы. – Парень без всякой досады кивает в сторону удаляющихся баулов.
       Его компаньоны весело заржали. Для них не все еще было потеряно. Даже если груз взяли пограничники.
       
       
Примыкающая к Веселоярску станция Локоть вполне подходит под понятие «пограничная тишина». От былой романтики остались лишь выцветшие названия торговых точек — «Шанс» и «Сталкер». В привокзальных павильонах, наспех скроенных из строительных вагончиков, за прилавками скучают продавщицы.
       – Как жизнь? – задаю я одной из них банальный вопрос.
       – Да какая это жизнь, – неожиданно взрывается продавщица. – Погранцы сломали торговлю! Раньше хоть шофера приезжали. А сейчас даже народ из вагонов не выпускают.
       Еще несколько месяцев назад станция Локоть для всей округи была центром цивилизации. До пункта таможенного досмотра в Рубцовске оставалось еще тридцать не контролируемых никем километров, и вся идущая через Казахстан китайская контрабанда – джинсы, рубашки, сапоги, носки, презервативы –сгружалась у Веселоярска. Перед каждым казахским поездом небольшая привокзальная площадь напоминала столпотворение в Древнем Вавилоне: десяток–полтора
       «КамАЗов», легковушки, бригады грузчиков, пацаны на подхвате, станционные путаны до 16 и старше. И баулы, баулы. Припозднившиеся к поезду не знали, куда окурок бросить, а о парковке машины не могло быть и речи.
       Все изменилось в феврале этого года.
       – Проезжал я здесь зимой, – делится воспоминаниями пассажир поезда «Алма-Аты – Новосибирск». – Поезд оцепили. Никого не выпускают. На перроне пограничники с автоматами. По другую сторону состава тоже стоят. Собаки пограничные с поводков рвутся. Почти как на войне.
       После того как пограничники разворошили муравейник на станции Локоть, они открыли для себя немало интересного и помимо контрабандного ширпотреба. Пару месяцев назад, например, изъяли из вентилятора десять килограммов наркоты: и гашиша, и героина. Или другой случай. Задержали казахского таможенника, снимавшего на российской станции дань с запуганных пассажиров. Тот мамой клялся, что в его толстенном бумажнике только кровные. Потом предлагал эти деньги, причем всю добычу. Тем не менее был с позором доставлен на заставу. В наручниках.
       
       
До следующего поезда остается минут пятнадцать. Один за другим подъезжают два «жигуля»-«универсала» с тонированными стеклами — излюбленный транспорт местных контрабандистов. Из них весело вылезают пацаны и садятся на бордюр перекурить. Следом замызганный «Форд», тоже затонированный от колес до крыши. Его водитель, мужик уже в годах, здоровается с подрастающей сменой и неспешно идет вдоль перрона.
       На перроне появляются пограничники из Рубцовска.
       – Вы на машине? – спрашиваю у одного из них.
       – Да нет. Мы на «барыге» приехали. – Так здесь называют пригородную электричку. – Кто нам на бензин сверх лимита даст?
       – Ребят бы попросили, – я ехидно указываю на перекуривающие экипажи боевых контрабандистских машин.
       – Эти? – хохочет пограничник. – Эти очень будут рады, чтобы мы вообще сюда не приехали.
       – Сильно насолили им?
       – Не говори. Раньше у них здесь лафа была, золотая жила. Грузчики, как старатели, сразу на бригаду вагон столбили. Чужак в вагон сунется, тут же в зубы получает. В вагоне даже туалеты были забиты баулами, а они за пять минут доверху
       «КамАЗ» загружали. Вздремнут до следующего поезда, пивка попьют – и снова за работу. А тут мы перекрыли кислород. Первые дни легковушками давить пытались. Пацанва в спину щебенкой бросается. Бабы толпу заводят. Одного сержанта-контрактника, детину под центнер весом, двадцать мужиков подняли и понесли как пушинку. Хорошо, что мы подбежали. Не дали прорваться к вагону.
       
       
– Не нравится мне это движение, – скрипнул зубами начальник Веселоярской погранзаставы старший лейтенант Николай Румянцев.
       Коля Румянцев, весельчак с белобрысым чубом, выступает здесь, на границе, в роли шерифа времен освоения Дикого Запада. Он никогда не выставляет напоказ свои длинные руки мастера рукопашного боя и постоянно утверждает, что у него стальные нервы. Но, видно, и его допекло. Быть и днем, и ночью у контрабандистов как на ладони – никаких, даже стальных, нервов не хватит.
       Действительно. По главной улице Веселоярска на ночь глядя, казалось бы бесцельно, сновали легковушки. Будто Веселоярск – не окраина России, а минимум областной центр.
       Досаду начальника заставы можно понять. У пограничников по ночам самая ответственная работа. Ведь главный куш контрабандисты срывают не на сбросах, а в степи на проводке груженых фур через границу. Кроме одежды и обуви, здесь везут компьютеры и оргтехнику китайского производства. Один раз задержали даже идущие своим ходом из Казахстана трактора.
       Поэтому к ночному наряду на границу пограничники готовятся особенно тщательно. Уйти в степь незаметно для всех – это половина успеха.
       Коле Румянцеву, выпускнику Курганского авиационного института погранвойск, по вкусу такая гонка. Он и по степи предпочитает летать, а не ползать. Прошлой ночью был высший пилотаж.
       У самой границы фары пограничной машины выхватили из темноты контрабандистскую «девятку». В «девятке» — проводник. С ним — два грузчика. У всех троих на лицах полная растерянность. От неожиданности не нашли ничего умнее, чем спросить на границе у пограничников: «А что вы тут делаете?». Долго мы хохотали, вспоминая эту встречу. Одно было жалко – ни грузовиков, ни контрабанды с ними не было.
       – Ты про сталкеров, конечно, читал? – оборачивается Румянцев с переднего сиденья ко мне. – Так ни один уважающий себя контрабандист, как тот сталкер, без стопроцентных гарантий в погранзону просто не сунется. Это все сказки, что проводники контрабанды сильно рискуют. А вот получают немало. В хорошие для них времена иные деятели до 50 тысяч рублей в «Каскаде», кабаке на трассе, за вечер оставляют. А к следующему вечеру опять при деньгах. Кто же при таком богатстве на новейшие радиостанции, сотовые телефоны, приборы ночного видения и десяток машин прикрытия скупиться будет?
       Впереди, метрах в двадцати от пограничников, бодро движется по направлению к границе «Опель» белого цвета.
       – Неужели сзади никого нет? – удивляется Николай. – Оригинально.
       Его успокоили. Сзади, на пригорке, светили фары другого автомобиля.
       – Пусть думают, что я домой еду, – разозлился водитель «уазика» Леха Щетинин и свернул в проулок.
       Тотчас же проулок перегородила еще одна машина.
       – Неужели так быстро сообщили? – теперь пришел черед удивляться мне.
       – А ты как думал, – Леха снова крутанул баранку.
       
       
Леха Щетинин, коренной уроженец Веселоярска, служит в погранвойсках по контракту. Хотя мог бы стать и контрабандистом. Как многие его соседи и знакомые. Он и сам, когда в середине 90-х демобилизовался с Тихоокеанского флота, покрутился на вокзале. Бывший колхоз-миллионер окончательно развалился. Работать было негде. Но как в Веселоярске начали строить заставу, пошел в пограничники.
       Земляки по-разному оценили этот поступок Алексея. Одни крутили пальцем у виска. Мол, от каких денег отказался парень. Другие, наоборот, отнеслись с пониманием. В глубине души каждому не хочется быть марионеткой. Пусть и подвешенным на гирлянде, шуршащей «зеленью». Поэтому веселоярцы, даже самые прожженные, не любят, когда их называют контрабандистами. Они себя считают добытчиками и гордо именуют себя честными предпринимателями.
       Для пограничников Щетинин — незаменимый кадр. Он знает назубок каждый кустик. Готов сутками мотаться по степи, а в свободное от нарядов время чинить вылезающие то там, то здесь неисправности.
       
       
В зону мы ушли красиво, незаметно. Долго колесили по каким-то дорогам. Я невольно вздрагивал от неожиданно вырастающих в темноте силуэтов развалившихся колхозных кошар.
       Мы прибыли на место и выключили фары. По ту сторону границы, на перевале, в течение двух часов мелькали огни автомобилей. Потом вдруг все неожиданно стихло.
       Под утро над степью сгущается туман. Ноги по щиколотку намокают в росе. Пограничную тишину нарушает лишь комариный писк. Машины с контрабандой либо ушли в «отстойник», либо решили прорываться на более безопасном участке.
       – Что за невезуха, – сокрушается Коля Румянцев. – Ведешь-ведешь машину, а фура, словно в воздухе, растворяется. Еще недавно вся застава была забита задержанными грузовиками. За два месяца миллиона три государству вернули. А сейчас какой-то мертвый сезон.
       Я его успокаиваю. Будут еще у старшего лейтенанта Румянцева задержания.
       У нас, в России, контрабанды хватит всем. И самим контрабандистам. И пограничникам. И продавцам с покупателями.
       
       Игорь БЕДЕРОВ, спец. корр. «Новой газеты»,
       Веселоярск – Новосибирск – Москва
       
01.08.2002
       

Отзыв





Производство и доставка питьевой воды

№ 55
1 августа 2002 г.

Обстоятельства
Мы живем не в капитализме и даже не в феодализме. Мы - между ними, в подвешенном, безопорном времени
Подробности
Куроедов против Комоедова. Главком ВМФ РФ исполняет самую заветную мечту украинских националистов
Президенту доложили о Минатоме
Дагестан. Что опаснее для горцев: нападение боевиков или селевой поток?
Специальный репортаж
Провоз нелегальных грузов через границу - самая престижная работа
Борьба с контрабандой всегда была главной задачей пограничной охраны России
Ярмарка беспошлинных товаров сродни торгу папуасов с завоевателями
Общество
Скинхеды в России действительно есть. Их много - уже 40 тысяч. И они действительно опасны
Финансы
Изготовление денег - занятие прибыльное
Экономика
Наша экономика - автомобиль, запряженный лошадью
Новости компаний
«Серебряный дождь». Семь лет проб и ошибок
Инострания
На борьбу с терроризмом в США брошены мормоны
«Железный занавес» - на металлолом!
Санкт-Петербург
Неформалы из Минатома и металлисты с «Экомета»
Милиция берет процент
Кукольный дом для оловянных солдатиков
Предвыборные грабли
За рулем
«Советы от Балашова». Урок первый: ездите выразительно!
Ежедневно в Москве угоняют 80 автомобилей
Асимметричный автомобиль, умеющий улыбаться
Спорт
Александр Ткаченко - о начале второго круга чемпионата
Телеревизор
Принцип окон на земле и в воздухе
Компания «Телеателье» получила сразу 8 наград
Вольная тема
История Большого Детского Хора, рассказанная хормейстером БДХ Татьяной Анофриевой
Сюжеты
Дом с пулеметом
Свидание
Владимир Торчилин. Жизнь без Бога
Виталий Манский. Камера в глазу
Библиотека
Сергей Шаргунов. «Грядущий пацан»
«Игрушечный дом» Туве Янссон
Кинобудка
Лицо, убивающее наповал. На экранах Москвы - «Роковая женщина»
Музыкальная жизнь
«Воскресение». Танцуя под собственный пульс
Николай Балакирев - бык за ударной установкой
Сектор глаза
«Черный квадрат» Владимира Путина
Культурный слой
Доктор Фауст, или Пики-козыри

АРХИВ ЗА 2002 ГОД
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
23-24 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2002 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100