NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

Павел ЛЮБИМЦЕВ:
К ЧЕЛОВЕЧЕСТВУ В ЦЕЛОМ Я ОТНОШУСЬ СКЕПТИЧЕСКИ

Каждое живое существо по-своему привлекательно, и наблюдать за ним, за его поведением очень интересно. А главное — они не бывают плохими
       
       
Телевизионная карьера обаятельнейшего Павла Любимцева («Путешествия натуралиста», НТВ) началась в программе «Живые новости», где в качестве ведущего небольшой рубрики «А вы знаете, что…» за одну минуту он должен был рассказать нечто любопытное о каком-нибудь животном. После дефолта 1998 года «Живые новости» приказали долго жить, но через год с небольшим Любимцеву предложили сделать авторскую программу о животных. Так и появились «Путешествия натуралиста», прошлой осенью удостоившиеся высшей награды телевизионного сообщества — премии ТЭФИ. Любопытно, что для Любимцева телевидение — всего-навсего нечто вроде хобби. Ведь основная работа Павла Евгеньевича — заслуженного артиста России, лауреата всероссийских конкурсов артистов-чтецов — Московская филармония, в которой он дает литературные концерты, и Щукинское театральное училище, где он преподает актерское мастерство...
       
       — Павел, не так давно вы вернулись из Китая. Эта поездка, надо думать, была связана с «Путешествиями натуралиста»?
       — Совершенно верно. Мы снимали в Гонконге, Шеньджене, Гуанчжоу, Пекине и набрали материала на шесть программ. Это была очень любопытная поездка, с нами постоянно что-то случалось, но, к сожалению, большая часть впечатлений, попав в «Путешествия…», уже почти стерлась из памяти. Ведь в Москве у меня много других дел, и сейчас эти события я вспоминаю так, будто они происходили не месяц, а год назад. Так бывает почти всегда: ведь перерывы в наших командировках совсем небольшие — месяц-полтора.
       — И как животные реагируют на снимающую их камеру?
       — Иногда она вызывает любопытство, но чаще всего, особенно при съемках с большого расстояния, они камеру просто не замечают. Хотя во время последней поездки в одном из зоопарков произошел довольно забавный случай. Мы снимали золотистых ринопитеков — это довольно редкие обезьяны, о существовании которых европейские ученые узнали только во второй половине XIX века. Оператор приставил камеру вплотную к клетке, в которой жило обезьянье семейство. И детеныш, которого этот большой черный, с мигающей лампой предмет явно заинтересовал, тут же побежал общаться. Он просовывал лапку через решетку, пытался схватить камеру, тыкал пальцами в стекло объектива. А его родители, напротив, поглядывали на нас с опаской и в конце концов набрались смелости и оттащили свое чадо.
       — В кадре вы очень непринужденно и легко общаетесь с животными. Всегда ли они отвечают вам взаимностью? Не доводилось ли в процессе съемки оказаться жертвой чьих-нибудь зубов или когтей?
       — Видимо, животные чувствуют, что я к ним хорошо отношусь, поэтому обычно меня не обижают. Правда, два года назад на острове Бали один отчаянный попугай сначала цапнул меня за палец, а затем клювом, как ножницами, срезал пуговицу с моей куртки. А месяц назад в зоопарке Гонконга меня основательно поклевал даурский журавль. Это было во время их брачного периода, и, когда я вошел в вольер, он на меня бросился, охраняя свою территорию.
       — Более опасные животные на вас никогда не нападали?
       — Однажды во время съемок наша машина «нос в нос» столкнулась с разъяренным слоном. Оказывается, в брачный период самцы-слоны становятся чрезвычайно раздражительными и агрессивными. У них даже выделяется на висках жидкость из специальной железы. И вот такой слон отнесся к нам очень нелюбезно. Топал, размахивал ушами, тяжело дыша, пер на нас. Обстановка была, надо сказать, довольно нервной. Мы сидели затаив дыхание. Но потом машина, видимо, ему надоела или слон решил с нами не связываться и ушел прочь.
       — И все это вы не только стерпели, но и с нежностью вспоминаете… Интересно, откуда у вас такая любовь к братьям меньшим?
       — Животные — это моя самая первая любовь. Я в детстве страшно интересовался животными. Постоянно ходил в зоопарк, читал много книжек о животных, рисовал их. Мечтал стать зоологом. Потом все это ушло, потому что, думаю, мой интерес был книжным, любительским.
       — Вы, наверное, хорошо показывали животных, когда учились в Щукинском училище?
       — Вы знаете, не очень. Я вообще насчет наблюдений был не очень успешен. Вот Костя Райкин замечательно это делал, а также Леня Ярмольник: на мой взгляд, гриф — одна из его самых лучших ролей.
       — Одна из главных особенностей программы — ваш весьма неординарный экранный образ. Как этот имидж был найден, и легко ли вы в него вживались?
       — Никакой это не имидж. Точнее, в нем выделены некоторые черты моего характера, но они никем не придуманы — они мои. Хотя в целом я, конечно, шире. Как мне сказал один знакомый, этот экранный образ — часть моего характера, которая нравится мне и импонирует зрителям. Но не могу сказать, что я специально пытался что-то в себе акцентировать.
       — Обычно люди стараются подать себя так, чтобы выглядеть лучше, красивее, умнее. Не обидна ли вам эта роль — человека доброго, но смешного и нелепого?
       — Я считаю, что жить надо осмысленно, то есть в течение всей жизни стараться понять себя, понять, что есть твоя жизнь, как она соотносится с внешним миром… Я человек смешной, я это знаю и ничего обидного в этом не вижу. Наоборот, было бы просто глупо пытаться изображать из себя секс-символа или писаного красавца. Зачем? Это был бы уже не я.
       Что же касается слов «выглядеть умнее», то я считаю себя человеком достаточно умным и, наверное, поэтому нисколечко не боюсь выглядеть смешным. Более того, мне кажется, что и успех передачи во многом связан именно с тем, что я не играю кого-то другого, а остаюсь собой.
       — Если бы вас пригласили на охоту, вы бы пошли?
       — Ни под каким видом. Конечно, охота — древнейшее человеческое занятие, и, кстати сказать, настоящие охотники животных весьма любят и хорошо понимают, хотя и стреляют в них. Но я этого не приемлю.
       — Ваш коллега с ОРТ Николай Дроздов в одном из интервью рассказал: как-то, возвращаясь из Индии, он засунул за щеку приглянувшуюся ему диковинную лягушку, чтобы избежать сложностей с таможней. А вы на такой подвиг любви к животным способны?
       — Если это не ядовитая лягушка (а бывают и такие), то ничего чудовищного в этом не вижу, никакой это не подвиг. Главное — чтобы лягушке было удобно.
       За щеку мне никого засовывать не приходилось, но брать в руки змей, ящериц, лягушек приходится постоянно, и я не понимаю, почему люди этого так боятся.
       — Разве не противно?..
       — Мокрое мыло, когда вы его берете в руки, вас не пугает. А чем оно принципиально отличается — ведь сделано из жиров мертвых животных? Так что это все наши стереотипы.
       Общаясь с животными, я понял, что они вовсе не такие уж свирепые и опасные. В Праге я щекотал носорога шариковой ручкой. Он подставлялся, как кот, которому чешут за ухом. В парке крокодилов в Израиле я носил на руках маленького аллигатора. Хозяин объяснил, как его держать — за шею и хвост. Но пока я что-то рассказывал, он все время выдирался из рук. А когда я отдал его обратно хозяину, тот запросто посадил крокодила себе на шею, как домашнего кота: вот что значит хорошее знакомство.
       — Какой же след в вашей душе оставило общение с крокодилами?
       — Ну они очень милые, симпатичные… Даже и не знаю, что еще о них можно сказать. Ведь крокодил не менее красив, чем павлин. Каждое живое существо по-своему привлекательно, и наблюдать за ним, за его поведением очень интересно. А главное — они не бывают плохими.
       — Раз уж мы помянули всуе имя Николая Дроздова, то интересно было бы узнать: каковы отношения между вами и вашими коллегами по цеху — Дроздовым, Затевахиным? Кто вы: друзья или конкуренты?
       — С Затевахиным мы иногда встречаемся в лифте в РИА «Новости», где озвучиваются наши программы, и всегда весьма дружелюбно здороваемся. С Николаем Николаевичем мы не знакомы, хотя недавно мне передали от него привет. Я отношусь к ним с искренним восхищением, они замечательные специалисты и зоологию знают, конечно, лучше меня. Я не считаю их конкурентами, потому что живая природа — тема неисчерпаемая, ее хватит на всех. Что же касается особенностей передач, то они у каждого свои. И в «Диалогах о животных», и «В мире животных» постоянно используются съемки на природе; мы такого позволить себе не можем и показываем то, что в принципе может увидеть каждый, зато у нас есть эффект присутствия. Нашу передачу отличает интонация. Я, конечно, стараюсь не врать, но думаю, что какие-то ошибки иногда все-таки делаю и что настоящий специалист мог бы поймать меня за руку. Зато только в «Путешествиях натуралиста» можно позволить себе, снимая передачу в Израиле, закончить ее стихотворением Пастернака «Вифлеемская звезда».
       — Присутствует ли в программе момент импровизации?
       — Конечно. Ведь я не пишу тексты от слова до слова, а только намечаю в общих чертах, о чем буду говорить, да и то если на это есть время. Потому что, приезжая в зоопарк, мы чаще всего не знаем заранее, кого будем снимать, какое животное будет спать, какое — бодрствовать. Я всегда привожу с собой большую сумку с книгами, блокнотами, выписками, и в течение нескольких минут — до того, как будет включена камера, — я должен сообразить, как своими «припасами» воспользоваться.
       — А как вы относитесь к нашему телевидению в целом? Пару лет назад в одном из интервью вы сказали, что «оно кошмарное, неталантливое и по большому счету безнравственное». После получения вами в прошлом году ТЭФИ что-нибудь изменилось?
       — Нет. Ведь само телевидение за это время никак не изменилось. Все те же дегенеративные викторины, тошнотворная реклама, политиканы, циники, воры… Я не хочу сказать, что у нас нет хороших программ. Но их очень мало. Иногда кажется, что мы дружными рядами начинаем сходить с ума. Вот сейчас все свихнулись на рейтинге. Рейтинг не имеет никакого отношения к качеству программ, это совсем другое — коммерция, размещение рекламы. Но если высокий рейтинг, к примеру, у программы «За стеклом», то находиться в одной компании с ними, на мой взгляд, непристойно.
       Да и, в конце концов, не все же должно покупаться и продаваться. Телевидение не должно забывать о своей просветительской функции. Об этом надо прежде всего помнить, а не безудержно хотеть денег и только денег.
       — Есть расхожая фраза: «Чем больше общаюсь с людьми, тем сильнее люблю собак». Не этим ли феноменом человеческой психологии объясняется ваша любовь к братьям меньшим? Не являетесь ли вы втайне мизантропом?
       — К человечеству в целом я отношусь скептически и считаю, что крокодилы лучше, потому что они нападают, только когда голодны, а люди на протяжении всей многовековой истории занимаются в основном только тем, что просто так убивают друг друга. Хотя отдельных людей (и их довольно много) я люблю. Так что все же законченным мизантропом не являюсь. Кроме того, я считаю, что, живя с людьми, надо стараться делать им добро и не ждать ничего взамен.
       
       Анатолий СЛАВУЦКИЙ
       
15.08.2002
       

Отзыв





Производство и доставка питьевой воды

№ 59
15 августа 2002 г.

Обстоятельства
Кто и зачем пытается выселить Фонд Сороса?
Легко ли бить молодых? На вещевой ранок Казани высадились десантники
Подробности
Разбор полетов в службе судебных приставов
Почему вьетнамцы кидались камнями
Специальный репортаж
В зоне смерча. Репортаж из Новороссийска
Круговорот воды в Европе. Тонут Дрезден и Пассау
Лето испорченных отпусков в Южной Германии
Крым. Беда прошла стороной
Болевая точка
Ахмадовых в Чечне все меньше и меньше
Помощь предпринимателей Нижневартовска на восстановление школ Чечни
Люди
Дядя Миша — миноритарный акционер «ЛУКОЙЛА»
Власть
Если антимонопольное ведомство не поддержит монополиста, то с кем оно будет бороться?
Подписан указ «Об утверждении общих принципов служебного поведения государственных служащих»
Инострания
Каникулы радикалов в Западной Европе
Голландия. Страна демократического пофигизма
Мир и мы
Россия: Квартирный вопрос среднего класса
Европа: Родина бельгийца — это его дом
Непобедимый Дрозд
Санкт-Петербург
Двести страниц недочетов и парадокс Грызлова
Твоих дворов пахучие черты
Вознесся в небо шпиль адмиралтейства, и президент нас всех хранит
Мест нет
Невесты на экспорт
Креста на нем нет!
Технологии
Как бороться с «подставой»
Первоклассные похороны
Заблудиться невозможно
Спорт
Гонять или играть
Телеревизор
Солдаты неудачи
Телеревизор рекомендует
«Телевидение для жеребцов»
Сюжеты
Заседание собкома
Свидание
Павел Любимцев: «К человечеству в целом я отношусь скептически»
Библиотека
Ефим Бершин «Мелодия "Победы", или демонстрация протеста глухонемых»
Музыкальная жизнь
Репортаж с рок-фестиваля «Обновление-2002»
Я пережила «Нашествие»
Латиноамериканский карнавал в Подмосковье
Сектор глаза
Выставка Юрия Кривоносова в галерее «Фотосоюз»
Выставка эскизов Михаила Шемякина к балету «Щелкунчик»

АРХИВ ЗА 2002 ГОД
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
23-24 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2002 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100