ПЕРЕГРУЗКА
Страна сгибается под
тяжестью катастроф
Два года
назад была подводная лодка, теперь – вертолет.
Потери сопоставимые. «Курск» потонул во время
учений, вертолет «Ми-26» упал во время боевых
действий. Скорее всего – сбит неприятелем. С
него, неприятеля, следовательно, и весь спрос. Как
с самовзрывающейся торпеды.
Но войны затевают
конкретные люди. И они же их проигрывают.
Нынешняя катастрофа
«Ми-26» — не первая, хотя и самая страшная.
Вертолеты уже сбивали. Бывало, и сами падали.
Войны без потерь не бывает. Но почему погибших
так много?
Власть должна ответить на
неизбежные вопросы. Почему злосчастный борт был
перегружен, как сельский автобус в Чувашии,
рухнувший в пропасть за неделю до этого? По всем
правилам на борту «вертушки» должно было
находиться до ста человек – как удалось набить
туда 147 военнослужащих, о которых сообщили
информационные агентства? Почему у нас даже
военные вертолеты – как теплушки в гражданскую
войну? А если затолкали в машину столько народу,
почему не было прикрытия? Если машину
действительно подбили с земли, то как умудрились
это сделать под самой Ханкалой, где
сосредоточено больше всего войск? Чудовищная
неэффективность? Предательство? И то и другое
сразу?
То, что в зоне боевых
действий нехватка исправных машин и опытных
летчиков, – тоже не секрет. Военная техника
изношена до предела. Но это же не стихийное
бедствие. Почему те, кто больше всего кричит о
«величии страны» и необходимости воевать «до
победного конца», не позаботились о том, чтобы
собственную армию обеспечить техникой и кадрами
в достаточном количестве? Хотя, конечно, им не до
этого. Рейтинг не зависит от количества
исправных вертолетов. Вертолеты — это вообще
мелочь. Как и люди, в них сидящие. Важен «победный
конец».
Однако счастливого конца
у чеченской истории не будет. Катастрофа «Ми-26» –
лишь часть общей картины, которая день ото дня
становится мрачнее. Погибшие в вертолете –
только часть общего списка, непрестанно
растущего. И в относительно спокойные дни в Чечне
непрестанно гибли солдаты. Бои в Западной Чечне и
в Веденском районе на прошлой неделе обернулись
новыми потерями и неудачами. Боевики атакуют,
генералы оправдываются перед телекамерами. Но до
поры можно было делать вид, что ничего не
происходит. Очередная, сто пятьдесят первая
«вылазка бандитов».
В разгар боев в Западной
Чечне и Веденском районе президент Путин не
нашел ничего лучше, как играть в компьютерную
игру: на глазах у изумленных телезрителей он
радостно управлял электронным симулятором
истребителя (примерно такой же, только чуть
дешевле, стоит на моем компьютере). Крушил
виртуального противника и совершал героические
подвиги перед тренажером. Но и здесь не
справился: горючее кончилось. Game over.
У президента не нашлось
времени задуматься о тех, кто управляет
настоящими летательными аппаратами под огнем
настоящего, а не виртуального противника. Тем
более не интересны ему мирные жители,
пропадающие без вести, и «случайные жертвы»
зачисток.
Но решать проблемы все
равно придется. Не в виртуальном, а в реальном
мире. Придется признать собственные неудачи,
садиться за стол переговоров, искать выход. В
этом прямая обязанность Путина как президента.
Не справится он — придется этим заниматься
кому-то другому. Но рано или поздно все равно
придется.
Борис КАГАРЛИЦКИЙ
22.08.2002
|
