БРЮССЕЛЬ.
ВПЕРВЫЕ ПРЕЗИДЕНТ РОССИИ УДЕЛИЛ ВНИМАНИЕ
ДОСТОИНСТВУ ГРАЖДАН
Сказал, как «обрезал»
 В сорок пятом году один советский маршал
навестил Дрезденскую галерею. На правах
победителя – отобрать себе картинок для
гостиной. Директор галереи, дрожа, спрашивает
маршала: «Живопись какой школы вы
предпочитаете?». Переводчик переводит вопрос.
«Ну, я люблю, чтобы были бабы и лошади», —
отвечает маршал. «Товарищ маршал предпочитает
фламандскую школу», — переводит переводчик.
Отрадно, что высокое
искусство дипломатического перевода не
ухудшилось в новом веке.
«Если вы хотите стать
настоящим радикальным исламистом и готовы
пройти обряд обрезания, тогда я приглашаю вас в
Москву. У нас много разных религий. У нас есть
специалисты в этой области. Я порекомендую им,
чтобы они провели операцию так, чтобы у вас
больше ничего не выросло», — сказал президент
Путин на саммите Россия — ЕС.
«Если вы хотите стать
радикальным исламистом и сделать обрезание,
приезжайте в Москву. Мы —
мультиконфессиональное, многонациональное
государство. Пожалуйста, приезжайте. В Москве
относятся терпимо ко всему и ко всем», — перевел
переводчик.
Видимо, Владимир
Владимирович думал, что он в бане с Патрушевым.
Это вообще бывает с государственными деятелями.
Вон президент Рейган тоже когда-то пошутил, что
отдал приказ атаковать СССР. Он думал, что
микрофон выключен.
Фраза, конечно, роскошная.
Если бы ее произнес младший референт в
посольстве, то референта уволили бы с волчьим
билетом за оскорбление национальных
мусульманских обычаев. Но так как ее произнес
президент, она станет в один ряд со знаменитыми
изречениями типа: «Париж стоит обедни». Или:
«Хотели, как лучше, получилось, как всегда». Или:
«В сортире замочим».
А мы теперь знаем, как
рождаются исторические изречения. Это слова,
которые исторические деятели произносят, когда
думают, что микрофон выключен. Или что вокруг
никто не понимает по-русски.
Юлия ЛАТЫНИНА
14.11.2002
|
