МИНИСТР НЕВЫПОЛНЕННЫХ ОБЕЩАНИЙ
Как
известно, в этом году российских крестьян
настигло бедствие — богатый урожай. Пожалуй,
единственное отличие ситуации в этот раз
заключается в том, что пшеницу убрать с полей
наконец сумели. И ужаснулись: столько хлеба не
видели уже давно. Небывалый урожай сразу ударил
по закупочным ценам, и хлеборобы стали
разоряться в массовом порядке.
Надо сказать, проблемы от
хорошего урожая у нас уже третий год. Просто
раньше зерна собиралось чуть больше, чем
требуется стране, а в этот раз урожай вообще
побил рекорды. Три года — это ровно столько,
сколько Минсельхозом руководит Алексей Гордеев.
Конечно, это лишь совпадение;
сельскохозяйственная отрасль — штука сложная и
инерционная. Однако симптоматично, что крестьяне
часто называют господина Гордеева «министром
невыполненных обещаний». Чтобы разобраться в
претензиях сельчан к министру, надо понять
причины бедственного положения.
Год-два назад
рентабельность у хлеборобов переваливала за 400%,
закупочная цена зерна доходила до 3700 рублей за
тонну. Это было следствием рыночных перемен:
частный бизнес пришел в сельское хозяйство,
резко выросла производительность. На «буржуев»
сразу же стали ориентироваться колхозы, качество
их работы тоже выросло. Нарастающие объемы
«лишнего» хлеба беспокоили сельчан: предыдущий
урожай до конца не распродан, а куда новый
девать-то будем? На министерском уровне
говорилось, что министерство не дремлет, следит
за ситуацией...
В то же время ситуация
ухудшалась. Другая отрасль сельского хозяйства
— животноводство — пошла в штопор. Помните, цены
на мясо в прошлом и позапрошлом году росли не так
сильно? Знаете, почему? Потому что крестьяне, так
и не дождавшись от родного государства обещанных
льготных долгосрочных кредитов, накануне были
вынуждены брать деньги, технику и солярку у
коммерческих посредников под зверский процент. А
после были вынуждены забивать скот, чтобы
расплатиться. В результате на рынок попадало
много мяса. Как водится, на беде крестьян тогда
хорошо нажились посредники — те самые кредиторы.
В итоге поголовье скота за последние годы
уменьшилось вдвое. Возникли перекосы: буренок и
хрюшек стало намного меньше, и потребность в
зерне (в основном невысоких сортов, фуражного)
соразмерно уменьшилась.
И вот за разорением
животноводов последовал кризис у хлеборобов.
Продавать зерно по дешевке — себе в убыток. В
условиях избыточного урожая и отсутствия
влияния государства продать зерно по цене, хотя
бы покрывающей затраты, невозможно: спекулянты
устанавливают ценовой диктат, а сельхозрынок
становится все более криминальным.
Наконец в этом году
чиновники всерьез заговорили о государственных
интервенциях на оптовом рынке сельхозпродуктов.
Интервенции представляют собой скупку урожая за
счет государственных денег по цене и принципу,
похожим на те, что действуют на валютном рынке.
Но переход от слов к делу в
России требует много времени. Когда в августе
сельчане уже били тревогу, руководство
Минсельхоза только очнулось. Лишь 19 сентября на
заседании правительства долгожданное решение
было принято. Еще почти месяц ушел, пока было
принято соответствующее постановление. Еще
почти до середины ноября сельхозчиновники
разглагольствовали о регламенте биржевых
торгов...
Наконец торги начались.
Цена тонны пшеницы третьего класса сразу же
достигла уровня 2200 рублей. Потом она опустилась
до 1800—1900 рублей, но это все же лучше, чем 1000—1300.
Но... Маленькое дополнение: зерно по две тысячи за
тонну продают не столько крестьяне, сколько
перекупщики, уже скупившие зерно по мизерным
ценам. Понятно, что прибыль посредников
практически равна убыткам реальных
сельхозпроизводителей.
Фермеры и колхозники
оказались не самыми активными участниками
торгов. Информационную работу ведомство
господина Гордеева вело, мягко говоря, не очень
эффективно, и многие сельхозпроизводители о
возможностях торговли просто не знают. Многие
неспособны заплатить задаток для участия в
торгах. Ну а кого-то уже «ошкурили»
кредиторы-посредники, и продавать просто
нечего...
Словом, 6 млрд рублей,
которые государство собирается потратить на
«зерновые» интервенции (что, кстати,
недостаточно), вновь уйдут в карманы банкиров,
близких к «сельскохозяйственным» чиновникам. Но
дело не только в коррупции и разгильдяйстве. Речь
идет о продовольственной безопасности нашей
страны.
Помните, когда Минсельхоз
включился в торговую войну с Америкой, куриное
мясо на российском рынке подорожало на 15—25%. За
интересы стальных баронов пришлось платить
наличными всем нам. Потому что чуть ранее
производство курятины в России стало невыгодным,
и его объемы сильно сократились.
А теперь мы зависим еще и
от поставок мяса. Когда после трагедии на
Дубровке началось бодание российских властей с
Данией и датское мясо стало портиться в фурах,
застрявших на таможне, оптовый рынок мяса
отреагировал ростом цен в среднем на 10%. Почему?
Потому что пару-тройку лет назад наши сельчане от
безденежья и безысходности резали хрюшек, к
вящей радости зарубежных конкурентов. Так что
теперь российский крестьянин не может
обеспечить страну мясом, приходится его
импортировать: отдайте ваши денежки
иностранному производителю. Что ж, спасибо
товарищу Гордееву...
Что делать для
исправления катастрофического положения на
зерновом рынке, известно. Надо расширять
производство высокосортной пшеницы для Европы.
Обеспечить возможность экспорта мягкой пшеницы,
которой у нас избыток, в Северную Африку и на
Ближний Восток, не столь щепетильные в вопросах
качества. Для этого надо сотрудничать с МПС.
Абсолютно необходимо сделать рынок гибким и
прозрачным и довести информацию о нем до
крестьян. Внедрять торговлю фьючерсными
контрактами на сельхозпродукцию, стимулировать
льготное кредитование крестьян, в первую очередь
лизинга.
Короче, сельхозчиновники
должны много работать на своей основной работе.
Но ведь сам министр не очень-то стремится
подавать такой пример. Зато дружит с
«сельхозбанкирами» и играет в политику, для чего
даже создал под себя общественную организацию —
«Российское аграрное движение»…
В общем, будущее
процветание на селе пока призрачно. Посмотрим,
как уцелевшие на этот раз крестьяне будут
выкручиваться с урожаем через год.
Вилен ПЕРЛАМУТРОВ,
заместитель директора
Института проблем рынка,
член-корреспондент РАН
09.12.2002
|
