ПЬЕДЕСТАЛЫ БЫВАЮТ СВОБОДНЫМИ, А ПАМЯТНИКИ — ПУСТЫМИ
В Бельгии решили вопрос с
нашим «железным Феликсом»
За 171 год
существования Бельгии в ней было всего шесть
королей. Всем им поставлены памятники. Причем
первым двум — на высоких пьедесталах и конные.
Дальше пошли просто бюсты или фигуры вовсе без
пьедесталов, прогуливающиеся по траве. Но
масонская сущность бельгийцев выпирала давно.
Все как-то не гордо, не пьедестально.
Брюссельским идолом стал «Мальчик Пис», а
неподалеку есть менее известная «Девочка Пис».
А вот лежащей фигуре
Эверарда Серкласа не повезло. Ее отполировали до
блеска и даже протерли до дыр. С подачи гидов
туристы приняли ее за языческий тотем,
поглаживание которого приносит счастье.
Скульптура прилеплена к тому самому дому на
Гран-Плес, где молодые Маркс и Энгельс впервые
зачитали свой «Манифест».
Эверард никакого
отношения к коммунизму не имеет. В XV веке, будучи
вице-мэром, он защищал с оружием в руках
городские вольности Брюсселя от посягательств
герцога Фландрского, подчинившегося тогда
только еще выстраиваемой французской
государственной вертикали. Отстоял. Но 30 лет
спустя его таки убили люди графов Газбеков,
которые хотели навести свой
феодально-государственный порядок без всяких
там вольностей.
Серкласа гладят даже не
знающие о его заслугах. А вот памятники королям
никто не гладит. Наверное, высота пьедесталов
мешает.
Благодарные горожане
соорудили памятник одному из своих любимцев
таким образом, чтобы до него мог дотронуться
каждый. Бургомистр Брюсселя Шарль Бюльс, который
руководил городским хозяйством на грани XIX и XX
веков и сделал очень много для благоустройства
столицы, как бы сошел с пьедестала и присел рядом
на край фонтана, лаская дворового, может быть,
даже бродячего пса.
Среди русских в Брюсселе
эту скульптурную композицию называют то
«Академик Павлов», то «Тургенев и Муму». У
бельгийцев тоже есть для него шутливые прозвища.
Но от этого ни уважения, ни любви к симпатичному
градоначальнику не убавляется. Пьедестал
остался пустым, как и пьедестал на Лубянской
площади. Но, как достоверно известно «Новой
газете», на него не собираются ставить никого,
кроме сошедшего к людям и собаке бургомистра
Бюльса. И уж точно не «железного Феликса».
Александр МИНЕЕВ,
Брюссель
09.12.2002
|
