NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

МЫ ОДНОЙ КРОВИ, ХОТЯ АНАЛИЗЫ РАЗНЫЕ
       
Рисунок С. Аруханова
  
       
В Китае, а конкретно в Пекине, есть, как известно, территория под названием Запретный Город. Там жили императоры. Жили, конечно, до безумия шикарно, отращивали ногти в полметра и золотыми ложечками ели мозги из черепов живых обезьянок. В этот «город» простым китайцам ходить было нельзя, поэтому он и назывался запретным. Сейчас там музей.
       В нашей невероятной стране тоже есть один такой город — Москва. В нем живут так, как будто никакой другой страны за его пределами нет. Поэтому москвичей в нашей стране никто не любит.
       А в Москве, в свою очередь, как и в других не похожих на нее городах нашей невероятной родины, живут люди, чем-то похожие на китайских императоров. Живой мозг они не кушают по причине своего неутомимого православия. Но в целом живут при этом так, как будто закрыты от всех глухой стеной Запретного Города. Или, вернее, как будто вообще находятся в другом измерении. Ну вот как человек же не думает об удобстве и процветании муравья или инфузории и легко, без всяких рефлексий, может раздавить своим каблуком целую цивилизацию, что ярко отразил писатель Пелевин в романе «Жизнь насекомых».
       Вот буквально точно так же ведут себя и отдельные категории граждан нашей страны.
       Один сбивает на машине девочку и предстает не перед судом, как можно было бы подумать, а, наоборот, перед своими избирателями в качестве кандидата в депутаты.
       Другой нанимает первоклассного режиссера и лучших актеров и устраивает себе за полмиллиона долларов аттракцион в поезде на перегоне Санкт-Петербург — Москва с участием лошадей, топ-моделей и деревенских церквей.
       Третий (высочайший иерарх) награждает четвертого (крупнейшего уголовника) орденом имени знаменитого святого старца.
       Не говоря уже об очередной стрельбе по живым мишеням, которую впаривают народу за какую-то там «блестящую операцию».
       Ну примерно, как у Шендеровича:
       Слепой: Гражданин, вы не переведете меня через улицу?
       Гражданин: Говорите громче, я глухой.
       Слепой: Через улицу!
       Гражданин: Вы что, слепой?
       Слепой: Да!
       Гражданин: То-то я смотрю: какая улица? Мы же в лесу!
       
       
Когда-то мы с подружкой ходили в баню. Там, в бане, работал массажист. Ну мы и к нему ходили. Потом женское отделение закрылось на ремонт, и мы решили просто сходить к массажисту — без предварительной бани. И оказалось интересно: вход к массажисту был через женское отделение (закрытое), а выход почему-то — через мужское.
       Делать нечего, выходить-то надо. А по мужскому отделению расхаживали себе мужчины. Главным образом голые. А что ж такого? Они у себя в отделении — парятся, отдыхают. Пусть даже порой и выпьют. Нормально. Мы с девочками у себя до ремонта тоже часто пили пиво; парилка вообще с пивом неразрывно связана, это все знают.
       В коридоре-то, которым мы уходили в своих шубах, голых мужчин было довольно мало. В основном они уже все разделись и сосредоточились в помывочной и предбаннике, где и пили после парной. Но что характерно — двери из этих помещений вели в коридор — непосредственно и настежь. Кроме парилки — там задраились плотно: чтобы не выпускать пар. Но ограниченный контингент в натуральном виде был все же в поле нашего зрения.
       Потупились скромно, идем. Коридор длинный. На краю обзора все же нет-нет да и мелькнет отдельный фрагмент анатомии, а то и группа товарищей в исключительно привольных композициях. Причем, что любопытно, на нас — ноль внимания. Будто бы это такая ординарная и привычная ситуация, что по мужскому отделению бани расхаживают две тетки в пальто. Но хуже того — чувствую, что и нам-то на них ровным счетом наплевать. То есть никакого решительно смущения мы не испытываем. Словно тот факт, что мы в пальто, а они — голые, помещает нас как бы в разные измерения. И мы, хотя и видим их, но — как бы это сказать… Нет ощущения, что мы — одной крови, как вот Маугли с волками, одной природы. Как будто бы мы идем по музею в Запретном городе. Или пересекаем какой-нибудь, прости Господи, греческий зал с голым чуваком в три человеческих роста.
       После этого забавного опыта я стала замечать, что жизнь изобилует подобными феноменами и явлениями. Разные категории людей двигаются по жизни, как по некоей чужеродной среде. Как путешественники, экскурсанты или вообще аквалангисты какие-нибудь.
       Например, водители и пешеходы. Заметьте, мы говорим: смотри по сторонам, а то задавят. Словно имеем дело со стихией. Или: «Этот «джип» гонит, как псих». Хотя правильнее было бы сказать: «Козел на «джипе». Точно так же те, кто за рулем, видят в пешеходах лишь досадную помеху вроде комаров.
       Когда я десять лет назад оказалась за границей, причем сразу — в Америке, меня первым делом потрясло, что машины пропускают людей. Тормознет и ручкой тебе этак вот сделает: проходите, мол, леди, а я и после вас успею. И ты сразу видишь, что там, в «вольво» каком-нибудь, а то и в «понтиаке» сидит тоже человек с приятным лицом, черным или белым, и мило улыбается. И ты невольно улыбнешься ему и пошлешь воздушный поцелуй. Один раз в транспортном потоке мчался юноша на самокате. И даже он остановился, давая дорогу прохожим людям. С одной стороны, осознавая себя полноценным колесным средством, с другой же — как бы включая себя вместе с ближним на двух ногах в общую систему координат.
       Когда я слышу, как они там, за бугром, все разобщены и, запершись в своих виллах, сидят и считают бабки, а мы, мол, здесь, хоть и нищие, но зато такие открытые и душевные и ходим все буквально в обнимку, неустанно спеша друг другу на выручку, — я горько и криво усмехаюсь. Ага, говорю я, щас.
       Вот написала я в газете, что лежат в больнице крошечные обезноженные детки с болезнью спинного мозга. И их можно вылечить, но одна инъекция стоит тысячу долларов, а инъекций таких нужно десять. И я обратилась к богатым. Ко всем, у кого есть деньги. Не «лишние», писала я, лишними у нас в стране бывают только люди. А просто крупные деньги, добытые хоть какими путями. Сотня тысяч — всего лишь катер, скромная яхта, жеребец. Или — десяток увечных ребят, поднявшихся на ноги. Простой алюминиевый король, тихий мафиози, банкир, водочный магнат! — заклинала я. — Вы можете уподобиться Ему, сказав: «Встань и иди». Напрасно взывала. Напрасно тратила газетную площадь. Ни одного звонка. Ни одного факса или электронного письма.
       Аквалангисты. Тетки в шубах среди голых мужиков. Чуждая среда.
       У нас даже реклама такая. Экипаж прыгает из горящего самолета; космонавты оставляют девицу на съедение инопланетянам; однокашники сдают товарища — это он! Живи с улыбкой! Не думай о грустном! Сникерсни!
       Каждый день вы ходите домой и из дома мимо бабулек на лавочке у подъезда. Вы знаете их в лицо, а они знают вас. «Здрас-с-сь», — бурчите вы — или нет. И они, как воробьи на карнизе, разноголосо чирикают в ответ. И провожают десятью парами неодобрительных глаз. Потом, как в песенке про 10 негритят, одна из них исчезла. Потом другая. Третья. Пока не осталось ни одной. А вы и не заметили. Вообще не заметили — ничего. А потом вам понадобилась организация, которая раньше находилась в чуждой среде. Слушай, а где у нас собес? Да у бабок спроси, у этих-то, что на лавочке митингуют. Уж не митингуют, морозы. Так не в жаркие же страны они улетели? Вспоминаете, что одна, баба Оля, живет этажом ниже. «Здрас-с-сь. А баба Оля дома?» — «Да что ты, милая, она уж полгода как померла, Царствие ей Небесное!»
       Чуждая среда, чуждая, как Небесное Царствие. Но ты не тормози! Сникерсни.
       У подножия эскалатора у нас в метро стоит парень в тельняшке десантника и камуфляжных штанах. Рукава тельника обрезаны у плеч и подвязаны под культями. Я вижу его каждый день и киваю. И бросаю в берет на полу, на подстеленной газетке, что выловлю на бегу из кармана: рубль, два, пятак. Кто он, где потерял руки, сколько отбирает у него инвалидная мафия — не знаю. И никто не знает. Бежим, летим, как тени бесплотные, как в шубах по бане, мимо, мимо…
       Горластый табун американских студентов, а может, и старшеклассников несся по вестибюлю следом за гидшей с желтым зонтиком в вытянутой руке. Гидша проскочила на эскалатор и поплыла вверх, как дура под своим зонтом, словно под знаменем. А эти будто по команде тормознули возле инвалида, задние налетели на передних, обступили калеку и давай что-то вопить и руками размахивать. Гидша оглянулась — и ринулась вниз, как лавина. И с перепугу успела-таки соскочить. «Танья! Танья! — закричали бакалавры в диких одеждах. — Этот инвалид, почему он просит денег? Он — нищий? Ваше демократическое государство ему не помогает?» (Примерный перевод, я не все уловила). «O, no… — забегала глазами «Танья». — He is not panhandler… He is jockey!» «Жокей? — удивилась я про себя. — Не нищий, а жокей? При чем тут жокей?» И не поленилась, полезла дома в словарь. Плут! Вот что имела в виду хорошо обученная Танья. Плут, обманщик. Мошенник. Вымогатель.
       И эти дурачки поверили. Или нет? Почем мне знать. Через минуту вся орда уже неслась вверх, прочь со дна, из чуждой среды — на воздух, как новички-ныряльщики, хотевшие было спасти раненого ската, но инструктор объяснил им: хитрый черт притворяется, а сунешься — огребешь ватт четыреста на свою американскую задницу. Живи с улыбкой, не тормози!
       А эти, которые там, за стеклом телевизора, плавают, как в аквариуме, в своей Думе? Они ведь на нас смотрят через то же стекло. С их стороны — уменьшительное. И мы для них — хорошо, если рыбки-карасики. А скорее — козявки. Креветки. Мотыль. Планктон. Абсолютно чуждая природа. И поэтому в местах нашего обитания можно зарывать радиоактивные отходы. И давить нас гусеницами танков. И жечь наши муравейники. И вообще по-всякому экспериментировать на наших куколках, мальках и на нас самих. Потому что — иная природа. Членистоногие. Яйцекладущие. Чешуйчатокрылые. Беспозвоночные.
       А главный ихний, голубоглазый волчара, сидит на Горе Совета, мечом самурайским опоясанный, щитом ахиллесовым прикрытый, босой пяткой наружу, и глядит с высоты птичьего полета прищурясь: как там, не передох еще народец? Не вся еще рыба-то ушла в Мировой океан? А хоть бы и вся. У нас тут, в разреженных слоях, не покидает чувство морозной свежести и вечный банзай.
       Но загустевшая чуждая среда медленно, как в Венеции, поднимается к снежным вершинам пятиконечной горы, неся с собой весь мусор, все нечистоты и урановую шелуху. И уже попахивает — но не морозной свежестью таблеток «рондо», а чем-то иным, что сближает куда сильнее… И уже зашкаливает Гейгер, неприятный, не наш товарищ… И из этой кучи выползет однажды двуглавый, как орел, но безногий и безрукий Маугли, неуклюже подтянется на кольчатом хвосте к татами и — ущучит, уязвит, ядовитый, за пятку. И скажет скрипуче: «А все-таки мы одной крови — ты и я».
       
       Алла БОССАРТ
       
16.12.2002
       

Отзыв





Производство и доставка питьевой воды

№ 92
16 декабря 2002 г.

Обстоятельства
Распродажа молекул в особо крупных размерах
Страна непуганых олигархов. Что доказала катастрофа танкера «Престиж»?
Судимость как форма политического контроля
Подробности
Депутат Быков — срок годности не истек
С «елочным браконьерством» будут бороться любыми методами
Казахстан создает отряд космонавтов
Наши даты
Николай Николаевич чудотворец. К 80-летию Н. Н. Озерова
Отделение связи
Задело. Ни Сократа, ни барышни
Поворот темы. Интернационалист второго сорта
Расследования
Когда шестерок много, они считают себя силой
Операция «жиртрест». В Нижнем Новгороде украли предприятие
Отдельный разговор
Лохи — наши дела
Соло для «барабана» и кидал. Один день из жизни лохотронщика
Кинешь дочку — где же крыша?
Заправилы. Рассказ очевидца
В Москве — 120 лохотронов
Болевая точка
Черный съезд черного нала. Столичные политтехнологи — на страже гражданской войны в Чечне
Власть и люди
В Татарстане кропотливо создается культ Шаймиева
Конституция «для чайников»
Армянский след за президентом Азербайджана
Власть
Мы вернулись в брежневскую практику разрешенной коррупции
Власть и деньги
Инструкция по уничтожению промышленности в отдельно взятом субъекте РФ
Мусорный ветер и ветви власти
Московский наблюдатель
Остановки «Дворец правосудия» в Москве больше нет
Экономика
Чем больше льгот продоставляли короли банкирам, тем меньше денег оставалось в королевстве
Дырка от скважины. Почему опасно вкладывать деньги в российскую экономику
Точка зрения
Смертная казнь как женская инициатива
То ли Конституции хочется, то ли севрюжины с хреном
Четвертая власть
Между «до» и «после» введена цензура. Еще раз про захват заложников в «Норд-Осте»
Особый диплом — нашему человеку
Мир и мы
Думцы озабочены здоровьем Милошевича
К НАТО мы «спокойно-негативны»
Регионы
Студенты изгоняют «оккупантов»
Страна уголков
Рай.больница — зеркало русской провинции
Морозы в Якутии достигли 60-градусной отметки
Образование
Интеллект как уставный капитал
Технологии
Сексуально озабоченным. Дешево!
Интернет
Внутри Вавилонской башни есть Вавилонская библиотека
Спорт
«Локомотив» закрыл футбольный сезон ничьей на самом респектабельном стадионе Европы
Душан Ивкович — югославский «генерал» в Российской армии
Откроем пиво клюшкой?
Телеревизор
Мочить в «Постскриптуме». Жириновский как «оно» политической элиты
Вольная тема
Мы одной крови, хотя анализы разные
В тени кинотеатра «Россия»
Сюжеты
Доля шутки. Веселье - это тяжелая работа
Библиотека
«Вавилон и Иерусалим». С кем Россия?
Кинобудка
Второй шанс на первую любовь. Совсем другой «Солярис»
Подведены итоги 3-го конкурса неигрового кино «Лавровая ветвь»
Театральный бинокль
Кащей портит сводки Госкомстата
Сектор глаза
Политехнический музей пошел на «Риск»
Культурный слой
Чижик-Пыжик против напыженных

ГОЛОСУЙ!!!

АРХИВ ЗА 2002 ГОД
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
23-24 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2002 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100